Юность нередко связывают с бодростью, позитивным настроем и ощущением открытых перспектив. Однако международное исследование продемонстрировало, что молодые взрослые в среднем оценивают свое психологическое благополучие ниже, чем старшие возрастные группы, причем неблагоприятные результаты выявлены не только в странах с ограниченными ресурсами, но и в государствах с высоким уровнем дохода.

Специалисты объясняют общую ситуацию прежде всего дефицитом жизненной энергии, эмоциональной стабильности и способности восстанавливаться после трудностей. О том, какие факторы оказались связаны с психологическим благополучием и почему положительное отношение к собственной жизни не всегда означает оптимизм по поводу будущего, — в материале «Известий».

Молодые взрослые показали более низкие результаты

Ученые проанализировали ответы 53 799 человек из 92 стран. Работа опубликована в журнале Social Indicators Research (SIR). Сбор данных шел преимущественно онлайн. Участникам предлагалось оценить 10 аспектов психологического благополучия, а также ответить на дополнительные вопросы о стрессе, тревожности, депрессивных симптомах и удовлетворенности жизнью.

Ключевым результатом стало отсутствие привычной для ряда исследований U-образной зависимости, при которой самые высокие показатели благополучия характерны для молодых и пожилых людей, а самые низкие — для людей среднего возраста. В данной работе молодые взрослые, включая людей студенческого возраста и тех, кто только начинает карьеру, демонстрировали более низкие результаты по сравнению со старшими возрастными группами. В целом показатели улучшались с возрастом.

Авторы отмечают, что такая закономерность наблюдалась в разных странах, в том числе в государствах с высоким уровнем дохода. По их оценке, именно более низкие результаты молодых участников заметно влияли на общую картину психологического благополучия. При этом исследование сравнивало людей разных возрастов в рамках одной выборки и не доказывает, что каждое новое поколение обязательно чувствует себя хуже предыдущего.

Слабыми местами стали энергия и устойчивость

Респондентам предлагали оценить 10 составляющих психологического благополучия. В их число вошли позитивные эмоции, самооценка, чувство компетентности, вовлеченность в происходящее, отношения с другими людьми, ощущение смысла жизни, жизненная энергия, эмоциональная стабильность и способность справляться с трудностями.

Наиболее высокие оценки в общей выборке получили отношения с окружающими, чувство смысла, компетентность, вовлеченность и самооценка. Хуже всего участники оценивали жизненную энергию, эмоциональную стабильность и психологическую устойчивость. Иными словами, люди могли быть в целом довольны своими отношениями и личными достижениями, но при этом испытывать трудности с восстановлением сил и преодолением стрессовых ситуаций.

Исследователи обратили внимание на разрыв между восприятием собственной жизни и оценкой происходящего вокруг. Человек может положительно относиться к личным обстоятельствам, но тревожиться из-за политической и экономической нестабильности, неопределенности и перспектив трудоустройства. Авторы связывают это с так называемым разрывом оптимизма — различием между тем, как люди оценивают собственное будущее и будущее общества.

Доход и социальные связи тоже имеют значение

Исследование выявило связь между материальным положением и психологическим благополучием. Участники с более высокими доходами в среднем демонстрировали лучшие результаты. Авторы не обнаружили четкого порога, после которого дополнительное увеличение финансовых ресурсов переставало бы соотноситься с улучшением показателей.

Значение имели и другие социальные обстоятельства. Более высокий уровень образования был связан с лучшими оценками благополучия: участники с законченным средним образованием или более низким уровнем подготовки в ряде стран показывали менее благоприятные результаты. Люди, которые жили не одни, также в среднем оценивали свое состояние выше. Кроме того, участники, работавшие в гибридном формате, демонстрировали лучшие показатели, чем сотрудники на полностью удаленной работе.

При этом у работающих людей в целом результаты не всегда были высокими. Авторы отмечают, что наличие занятости само по себе не гарантирует психологического благополучия: на него могут влиять условия труда, финансовая стабильность и риск выгорания. Исследование фиксировало взаимосвязи между этими обстоятельствами, но не устанавливало, что именно они стали причиной различий.

Лишь небольшая часть участников достигла высокого результата

Отдельно исследователи оценили сочетание показателей психологического благополучия и симптомов распространенных психических расстройств. По использованному ими критерию к группе с высоким уровнем благополучия отнесли около 6,5% участников. Авторы подчеркивают, что эта оценка носит предварительный характер и предназначена прежде всего для общего представления о результатах выборки.

Дополнительные вопросы о тревожности и депрессивных симптомах выявили особенно неблагоприятную картину среди молодых людей от 18 до 25 лет. Лишь у 14,7% участников этой возрастной группы не обнаружили признаков психического неблагополучия по использованной шкале. У 28,6% показатели соответствовали умеренному или тяжелому уровню симптомов. Для всей выборки эти доли составили 23,6 и 22,6% соответственно. Результаты скрининговой оценки не означают, что у участников были диагностированы конкретные расстройства.

Кай Руджери, ведущий автор исследования, профессор Колумбийского университета

Эти выводы — не просто сигнал политикам о необходимости решений для улучшения психического здоровья молодых людей или тех, кто испытывает финансовые трудности. На самом деле это красный сигнал тревоги: целые группы населения уже испытывают трудности и чувствуют, что их устойчивость подорвана здесь и сейчас, а не только из-за опасений по поводу неопределенного будущего.

В числе необходимых шагов ученый назвал поддержку занятости на фоне возможных изменений рынка труда из-за развития искусственного интеллекта, борьбу с факторами выгорания и расширение доступа к помощи при психических расстройствах.

Авторы также предупреждают об ограничениях работы. Опрос проходил преимущественно онлайн, а значит, в нем могли участвовать люди с разным уровнем доступа к интернету и возможностями. Кроме того, молодые респонденты, возможно, охотнее отвечали на вопросы именно потому, что хотели обратить внимание на собственные проблемы, тогда как среди пожилых участников могли оказаться более активные и социально включенные люди. Поэтому результаты нельзя считать точной оценкой состояния населения каждой страны.