Отдельные протоколы химиотерапии, увеличивающие выживаемость при раке груди, способны ускорять процессы биологического старения. Специалисты из США разработали модель, позволяющую оценить, каким образом клеточные сдвиги, обусловленные терапией, могут сказаться на состоянии здоровья спустя годы. Наиболее заметное влияние модель продемонстрировала для схем, включающих антрациклины. О том, как ученые определяли биологический возраст после лечения и почему в их вычислениях появилась разница в 9,4 года, — в материале «Известий».
Как оценивали биологический возрастКалендарный возраст отражает количество лет, прошедших с момента рождения. Для определения биологического возраста применяются индикаторы, характеризующие состояние клеток и тканей. В основу исследования авторы положили уровень матричной РНК, с помощью которой клетки синтезируют белок p16. Этот параметр служит маркером клеточного старения. Стареющие клетки перестают делиться, но могут оставаться в тканях и выделять вещества, провоцирующие воспаление.
Исследователи опирались на данные предыдущих клинических исследований, отражающие динамику уровня этого маркера после различных схем химиотерапии. После этого они смоделировали, как могли бы изменяться показатели на протяжении оставшейся жизни.
«В нашей методике мы учитываем, что химиотерапия повышает выживаемость при раке молочной железы и при этом может усиливать повреждение здоровых тканей», — пояснил ведущий автор исследования, сотрудник Института исследований рака и старения Джорджтаунского университета Сварнаво Саркар.
Откуда в расчетах взялись 9,4 годаАвторы смоделировали два сценария для женщин из США, у которых рак груди был диагностирован в возрасте от 30 до 79 лет. В первом случае все пациентки получали схемы с антрациклинами, во втором — менее цитотоксичные протоколы без этих препаратов. Итоги симуляции сравнили с данными клинических испытаний ABC, проводившихся при раннем раке молочной железы. Модель воспроизвела динамику первых восьми лет наблюдений. При использовании антрациклинов риск смерти от рака молочной железы оказался ниже, а общая выживаемость за этот период была сопоставимой.
Для схемы с антрациклинами ожидаемая продолжительность жизни после постановки диагноза, рассчитанная по календарному возрасту, равнялась 34,4 года. Когда в модель добавили ускоренное старение на уровне середины распределения, оценка снизилась до 25 лет. Разница между этими двумя вариантами расчета для одной и той же схемы составила 9,4 года. Для протокола без антрациклинов аналогичная разница достигала 1,8 года.
Наибольшее расхождение модель выявила у женщин, которым рак диагностировали в возрасте 30–39 лет. Для антрациклиновой схемы расчетный показатель в этой группе снизился с 50,4 до 38,7 года после постановки диагноза. В качестве одной из причин авторы называют более продолжительный период жизни после терапии, за который могли бы проявиться изменения, связанные со старением.
Модель также дала возможность определить момент, когда суммарный риск смерти от прочих причин начинает превышать риск смерти от рака молочной железы. При расчете по календарному возрасту это случалось спустя 33 года после диагностики. С учетом ускоренного старения в сценарии с антрациклинами переломная точка наступала на 16 лет раньше согласно медианной оценке.
Что нужно проверить после окончания леченияВыводы основаны на допущении, что сдвиг маркера клеточного старения сохраняется после завершения терапии и со временем не компенсируется. Это предстоит проверить в ходе длительных наблюдений с повторными измерениями. В данной работе для оценки применялся лишь один биомаркер. Отдельные вычисления для лучевой, гормональной, таргетной и иммунотерапии авторы не выполняли.
Авторы отмечают, что при подборе схемы лечения главным критерием по-прежнему является выживаемость при раке молочной железы. Следующая задача связана с периодом после окончания терапии. Ученые намерены определить, какие маркеры старения целесообразно контролировать, у каких пациенток они позволяют прогнозировать проблемы со здоровьем и применимы ли эти сведения для организации дальнейшего наблюдения.