Тяжелые события переживаются людьми неодинаково: часть из них относительно быстро возвращается к обычной жизни, другим необходимо больше времени, а у кого-то психологические сложности нарастают спустя месяцы. При этом интенсивность первоначальных эмоциональных реакций не всегда дает возможность предсказать, как человек будет ощущать себя в будущем. В материале «Известий» рассматривается, какие факторы связаны с психологическим восстановлением и почему важно отслеживать изменения состояния после травмирующих событий.
Четыре траектории восстановленияУченые из Еврейского университета в Иерусалиме, Колумбийского университета и Университета Пейс проанализировали, как изменялось психологическое состояние 1035 взрослых жителей Израиля после серьезного травмирующего события. Итоги работы опубликованы в журнале Clinical Psychological Science (CPS). Участники проходили обследование трижды: примерно спустя две недели после происшествия, затем еще через семь недель и через шесть месяцев.
Специалисты определили четыре траектории психологической адаптации. У 54% участников была отмечена устойчивость: уровень дистресса оставался сравнительно невысоким в течение всего периода наблюдения. Еще 27% вначале испытывали сильные переживания, однако со временем их состояние улучшилось. У 18% психологический дистресс удерживался на высоком уровне, а у 2,5% симптомы сначала были относительно слабыми, но нарастали в последующие месяцы.
Полученные данные свидетельствуют, что сильная первоначальная реакция не обязательно ведет к долговременным психологическим трудностям. В то же время отсутствие выраженных симптомов непосредственно после травмирующего события не гарантирует, что состояние не ухудшится в дальнейшем.
Факторы, связанные с психологической устойчивостьюБолее высокая психологическая устойчивость была связана с более старшим возрастом, мужским полом, положительными эмоциями в первые недели после травмирующего события и восприятием мира как в целом безопасного места. Те участники, которые регулярно занимались волонтерской деятельностью еще до случившегося, также чаще демонстрировали более благоприятную траекторию восстановления.
Наоборот, более сильное воздействие травмирующих событий и высокий уровень эмоциональной эмпатии были связаны с более выраженным и продолжительным психологическим дистрессом. Эмоциональную эмпатию исследователи определяли как способность эмоционально откликаться на страдания окружающих.
В то же время роль эмпатии оказалась неоднозначной. Эмоциональное сопереживание было связано с более сильными переживаниями, тогда как эмпатическая забота — более регулируемая форма сопереживания, предполагающая желание поддержать другого человека, — сочеталась и с выраженным дистрессом, и с готовностью помогать окружающим.
Эти результаты не означают, что определенные личностные качества однозначно определяют дальнейшее состояние человека. В ходе исследования были выявлены статистические связи между отдельными характеристиками и траекториями психологической адаптации, однако оно не доказывает, что именно эти качества вызывают устойчивость или длительные переживания.
Значение привычек, сформированных до тяжелого событияОдним из неожиданных итогов стало то, что социальная поддержка и волонтерство, возникшие уже после травмирующего события, не предсказывали более благоприятную психологическую адаптацию. В то же время люди, которые регулярно занимались волонтерской деятельностью заранее, чаще проявляли устойчивость.
Авторы предполагают, что значение могут иметь привычки и психологические ресурсы, сформировавшиеся до пережитой травмы. Тем не менее результаты не доказывают, что волонтерство само по себе защищает от психологических последствий травмы. Они лишь указывают на связь между предшествующим опытом участия в такой деятельности и более благоприятной траекторией состояния.
Дана Кацоти, руководитель исследования
Один из важнейших выводов нашего исследования заключается в том, что сильный стресс на раннем этапе не обязательно означает, что человек движется к длительным психологическим трудностям.
По словам исследовательницы, многие участники, которые сначала испытывали сильный дистресс, со временем восстановились. Вместе с тем не следует делать вывод о благополучии человека только на основании его первоначальной реакции: психологические трудности могут сохраняться или усиливаться позднее.
Зачем отслеживать состояние в динамикеКроме того, исследователи выяснили, что траектории психологического дистресса помогали прогнозировать симптомы посттравматического стрессового расстройства. Эта связь сохранялась даже после учета выраженности переживаний через шесть месяцев после травмирующего события. Иными словами, дополнительную информацию давал не только уровень стресса в конкретный момент, но и динамика его изменений со временем.
Однократная оценка состояния может не выявить всех людей, которым впоследствии понадобится психологическая помощь. У одного человека симптомы постепенно ослабевают, у другого остаются выраженными, а у третьего усиливаются спустя месяцы. Повторные обследования позволяют различать такие траектории и замечать изменения, которые могли бы остаться незамеченными при единственной оценке.
По мнению авторов, такой подход способен помочь специалистам точнее определять потребности людей, переживших тяжелые события, и своевременно предлагать дополнительную поддержку тем, чьи симптомы сохраняются или появляются с задержкой. При этом исследование не дает возможности точно предсказать развитие психологических трудностей у конкретного человека. Оно показывает, что восстановление — динамический процесс, а наблюдение за изменениями состояния может дать более полное представление о нем, чем оценка переживаний в единственный момент времени.