Постоянные проблемы со сном у людей старше 50 лет коррелируют с уменьшением расчетного периода трудовой активности на 5–8 месяцев. У тех, кто спал девять часов и более, данный параметр оказался ниже, чем у участников, отдыхавших 7–8,5 часа ночью. Под расчетной продолжительностью трудовой жизни исследователи имели в виду среднее количество лет, которое индивид в возрасте 50 лет способен оставаться в составе рабочей силы до 68 лет. Это статистическая оценка для группы, а не индивидуальный прогноз момента выхода на пенсию. Соответствующая информация была опубликована 18 августа журналом Medical Xpress.
Методика оценки сна и трудовой занятостиСправка «Известий»Исследование базировалось на сведениях из двух финских наблюдательных программ. В проект Finnish Public Sector (FPS) были включены 70 339 работников государственного сектора, наблюдение за которыми велось с 2000 по 2016 год. Примерно 80% участников были женщинами.
Вторая выборка была построена на основе проекта Health and Social Support (HeSSup). В нее вошли 6071 финский гражданин трудоспособного возраста, за которыми наблюдали в 1998–2013 годах. Женщины составляли 54% этой группы.
Данные о характеристиках сна исследователи взяли из первичного опросника, который респонденты заполнили по достижении 50-летнего возраста. Отдых менее семи часов классифицировался как короткий, от семи до восьми с половиной часов — как средний, а девять часов и более — как продолжительный.
Кроме того, ученые принимали во внимание проблемы с засыпанием и поддержанием сна, чрезмерно ранние пробуждения и отсутствие чувства восстановления после ночного отдыха. Нарушения, возникавшие от двух до четырех ночей еженедельно, относили к умеренным, а от пяти-шести ночей до почти каждодневных — к тяжелым.
Связь нарушений сна с потерей месяцев трудовой активностиУ лиц, не имевших проблем со сном, расчетная длительность трудовой активности после 50 лет достигала 13 лет и пяти месяцев. При умеренных расстройствах этот показатель опускался до 13 лет, а при тяжелых — до 12 лет и десяти месяцев.
Следовательно, участники с умеренными расстройствами могли сохранять занятость примерно на пять месяцев меньше, а с тяжелыми — почти на восемь месяцев меньше по сравнению с ровесниками без таких проблем. Эта зависимость наблюдалась вне зависимости от пола и профессиональной группы.
Самый высокий результат — около 14 лет — был отмечен у женщин, занимавшихся квалифицированным трудом и не имевших нарушений сна. Самый низкий — приблизительно 12,5 года — обнаружили у мужчин, выполнявших рутинные обязанности и сообщавших о тяжелых расстройствах сна.
Почему продолжительный сон не всегда является причинойВ выборке FPS у участников с короткой и средней длительностью сна после 50 лет в среднем ожидалось еще 13 лет и два месяца занятости. У тех, кто спал девять часов и более, данный показатель равнялся 12 годам и пяти месяцам.
Относительно сна продолжительностью 7–8,5 часа длительный ночной отдых ассоциировался с уменьшением периода трудовой активности примерно на девять месяцев в когорте FPS и более чем на 30 месяцев в HeSSup. Однако исследователи не выявили значимых различий между участниками с коротким и средним сном. Это не значит, что сон менее семи часов полезен или безопасен: результаты лишь показали отсутствие статистически выраженной связи с длительностью занятости в данных выборках.
Поскольку исследование было обсервационным, оно не подтверждает, что продолжительный или нарушенный сон напрямую вынуждает людей раньше оставлять работу. Ученые не имели возможности полностью скорректировать влияние физического и психического здоровья, хронических болезней, образа жизни, сменного графика и прочих условий труда.
Поэтому сон длительностью девять часов и более, возможно, не является самостоятельным фактором, а выступает индикатором болезни, хронической усталости, депрессии или снижения трудоспособности.
Влияние социального статуса на различияРазница между группами с самым благоприятным сочетанием профессионального статуса и качества сна и наименее благополучными участниками достигла одного года и пяти месяцев в FPS и примерно пяти лет в HeSSup.
Наиболее низкие прогнозы — порядка шести лет и пяти месяцев оставшейся занятости — были получены для мужчин с невысоким образованием или рутинным трудом, которые спали не менее девяти часов. Вместе с тем эту разницу нельзя связывать исключительно с характеристиками сна, так как одновременно принимались во внимание социально-экономические факторы.
«Поддержка здорового сна и помощь в борьбе с его нарушениями в среднем возрасте могут быть особенно важны для людей с низким социально-экономическим статусом», — заключили авторы.
Среди возможных мер они упомянули когнитивно-поведенческую терапию бессонницы в системе медицинской поддержки работников, обучающие программы и корпоративные инициативы по улучшению гигиены сна. Ученые отметили, что подобные вмешательства становятся особенно значимыми в условиях повышения пенсионного возраста и потребности дольше поддерживать трудоспособность населения.